За флажки. Сказка.

Когда-то давно написал сказку... Извините, но много букв...
 

Прежде чем начать свое повествование, я хотел бы вас спросить о том, что вы знаете о волках? Не думаю, что очень много. И поэтому, позволю себе, сделать небольшое отступление.


В Сибири вокруг селений на сотни километров простирается непроходимая тайга. Это суровый и жестокий край. Волки, живущие по соседству с человеком, порой наводят на него неподдельный ужас. Наверное, невозможно найти более хладнокровного и непримиримого зверя. Когда он попадает в капкан, он перегрызает себе лапу и уходит. Если гибнет волк, то стая съедает его. Волк способен помногу дней, обходится без пищи, часами преследовать свою жертву. Редко какая собака не поджимает хвост, почуяв запах волка. И горе тому, кто встретится на пути голодного хищника. Очень не многие могут поведать о таких встречах. Настоящая трагедия наступает тогда, когда зима бывает особенно затяжной и холодной. Волк, гонимый голодом и холодом, бросает вызов человеку и человек объявляет волку войну. Это похоже на безумное состязание в жестокости. Охота на волков, больше похожа на истребление или бойню. В тайге на определенной территории, натягивается веревка с красными флажками (что мешает волку прыгнуть через флажки, остается загадкой) и получается огромная западня, в которую попадает стая. Не смея нарушить «табу» красного флажка волки попадают под шквальный огонь десятков стволов.


Но время от времени находится один такой, который прыгает через флажки и уходит. Такой волк становится одиночкой. О нем ходят разные слухи и рассказываются небылицы. На него списывают все беды и пропажи скотины, его проклинают, им пугают детей. И можно быть уверенным, что его не оставят в покое, пока не отловят или убьют. Он уже виноват не в том, что загрыз какое ни будь домашнее животное, а в том что остался жив.


Как то раз удалось одного такого «одиночку» отловить живым. Весь внешний вид его говорил, о том, чего всем это стоило. Шкура его была грязно-красной от крови, розовая пена изо рта клочьями висела на нем, а дыхание напоминало спазмы умирающего. Обессиленный, со связанными лапами и пастью, он мало напоминал грозу окрестных деревень, а раны на его теле ясно давали понять, что от многих из них он уже не оправится. Почему-то ни у кого не возникло мысли добить его. Один из приезжих охотников забрал его к себе на окраину далекого городка и поселил в вольере, где до этого держали сторожевых собак.


Волк больше никогда не увидит тайги, не разорвет клыками чью-то плоть, не напьется до пьяна теплой крови. Но он опять ушел за флажки…флажки, расставленные самой смертью.


Время от времени около его вольера собирались любопытные поглазеть на диковинного зверя и послушать небылицы и правдивые истории о нем. Первое время зверь был сосредоточен на своих ранах. Рубцы постепенно затянулись и боль, с каждым днем потихоньку уходила. Но пришла другая боль, которая была не от перебитых костей и простреленной плоти, она шла откуда-то изнутри, это была самая нестерпимая боль, которую ему доводилось терпеть. Это болела его душа. Эта боль лишала его сна и он практически не притрагивался к пище. Не в силах уснуть, он вспоминал и думал. Он думал о свободе. Живя среди волков, он очень гордился своей свободой, гордился тем, что его сородичи хладнокровно перегрызают себе лапу, уходя из капкана. Но что это за свобода, когда тебя ни на минуту, не оставляет чувство голода, заставляя работать лапы и зубы? Что это за «свободная жизнь», которая заканчивается так рано, да еще либо пулей в животе, либо из тебя делают посмешище в зверинце? Что это за свобода, сопровождающаяся беспрерывной грызней и кровью, и стоит только получить смертельную рану, как тебя тут же добивают твои же товарищи, отправляя в свои желудки? Зверь вдруг понял, что тайга его больше не манит как раньше, да и со своими увечьями, он прожил бы там считанные дни. Но клетка от этого не стала менее противной.


Теперь ему казалось, что он сам не знает, чего он хочет. Кроме тоски и тревоги в его мире не существовало уже ни чего.


Днем солнце припекало и ему как ночному существу хотелось спать. Волк закрыл глаза и перед воспаленным сознанием поплыли картинки из прошлого. Он вспоминал. Вот он один на поляне в своей родной тайге. Он за задрал морду вверх и увидел звезды. Впрочем, звезды он видел не раз, но сейчас зверь почувствовал, что кто–то внимательно смотрит на него. Внимательно разглядывая небо, он искал глаза, но не находил их. Но то, что кто-то наблюдает за ним, он был уверен, любой взгляд он чувствовал даже спиной, - это один из «талантов» диких зверей. Самое необычное было в том, что это взгляд не был похож на другие. Волк привык видеть в чужих глазах страх, ненависть, злобу, вызов. Но сейчас все было иначе, зверь почувствовал что-то большое, теплое и доброе. Непонятные переживания наполнили его. Он вдруг захотел многое рассказать, Тому, кто наблюдает за ним…и лес содрогнулся от волчьего воя. Всю ночь напролет, он выл о том, как ноют от усталости лапы, как долго заживает бок ободранный дробью, как трудно заснуть голодным, как холодно было прошлой зимой. В этом вое было все, вся горечь и боль его жизни. И вдруг ему показалось, что кто-то успокаивает его…Тот кто его слушал начал отвечать ему. Нежный шепот рассказывал ему о том, что есть мир где все иначе, где нет боль, холода, смерти … Боль притупилась, голод уже не так терзал и Волк забылся мирным сном.


Зверь почувствовал чье-то присутствие и нехотя открыл глаза. Каждый раз возвращение в реальность приносило ему неподдельное страдание. Рядом с вольером стояла девчушка и внимательно наблюдала за ним. За последнее время любопытство зевак стало ему поперек горла и он уже хотел оскалившись уйти в дальний угол. Но тут их глаза встретились и он остался на месте. Что-то новое и в тоже время до боли знакомое было в ее взгляде. Он почувствовал, что Тот, кому он много раз изливал душу, разрывая воем ночную тишину, смотрит не него ее глазами. Волк опомнившись отвел взгляд в сторону. Отвести взгляд для хищника означает признать поражение и может быть раньше, он бы себе этого ни когда не позволил, но сейчас он боялся, что в его глазах, она сможет заметить злобу, жестокость и много других страшных вещей. Он боялся вызвать в ней какое либо неприятное чувство, которое помешало бы ей прийти сюда еще раз. Сама того не зная, эта беззащитная девочка бросила вызов его звериной натуре и победила. Первый раз он сдался сам, добровольно. В ту ночь он так и не смог уснуть.


Он вспоминал как однажды спрятавшись на холме с подветренной стороны наблюдал за пастухом и собакой. Волк разглядывал собаку и недоумевал…те же лапы, уши, хвост, такая же пасть, но насколько разная судьба. Собака лежала у костра, и было видно, что ей совсем не холодно, человек кормил ее хлебом с руки, гладил ее, она в ответ лизала ему руки и виляла хвостом. За это виляние, Волк презирал собаку и в тоже время он завидовал ей. Обезумев от противоречивости чувств, он вернулся в стаю и в эту ночь они напали на стадо. Он дрался с собакой и смертельно ранил ее, он хотел доказать всем, какая она слабая и никчемная. Но вернувшись на свой холм волк увидел как пастух нежно держит на руках истерзанное животное, как бережно он перевязывает ей раны, а когда собака все-таки умерла, по лицу пастуха покатились слезы. Многое довелось видеть волку, но эта картина была для него настоящим откровением. Он с ужасом осознал, что если бы в этой смертельной схватке проиграл он, его собратья просто-напросто набили бы свои желудки его плотью, а пастух бы только вздохнул с облегчением.


Теперь он завидовал уже мертвой собаке. И опять лес содрогнулся от воя, казалось, сами небеса с трудом вымещают всю боль, которая слышится в нем.


На следующий день девчушка пришла снова, и Волк понял, что он целый день жил ожиданием этой встречи. Ее необычный взгляд возрождал в нем желание жить даже в клетке, даже с хромыми лапами. Опомнившись, он отводил глаза, но через мгновение опять искал ее взгляд. Теперь она приходила почти каждый день. Она стала разговаривать с ним и ее голос давал ему ощущение покоя, которого он не знал никогда. Между тем, давно уже наступила зима. Однажды девочка не пришла. День показался Волку пустым и ужасно долгим, а падающий снег принес воспоминания.


Снег. Снег вокруг, ослепительно белый, он искрится на солнце так, что больно глазам. Звук выстрела как оскорбление этой чистоте разрушает идиллию. Началась облава. Стая бежит по глубокому мягкому снегу, вдалеке слышны выстрелы и собачий лай. Внезапно перед стаей появилась веревка с красными флажками. В ужасе волки шарахнулись в сторону и попали в засаду. Уже который раз он вспоминал эту картину и наверное до конца жизни, она буде преследовать его. Шквал выстрелов пригвоздил к земле сразу нескольких из них. Один из волков с перестрелянным хребтом скуля, разгребал передними лапами снег, щедро окрашивая его в красный цвет. Заряды были такой силы, что щенки подлетали в воздух, падая на снег уже мертвыми. Молодая волчица бежавшая рядом, в панике выскочили на поляну, и нашла свою пулю. Волк задрал морду к небу, как бы спрашивая своего ночного Собеседника : «видишь ли Ты?» и услышал ответ, теперь он знал выход. Он побежал на флажки и прыгнул за них. Это было спасением из ада. Много раз до и после этого смерть дышала ему в затылок, но этот раз был самым важным в его жизни. После этого, он стал называться одиночкой, но именно тогда он понял что не одинок.


Кошмар минувшей реальности преследовал его всю ночь. Во сне он рычал, скулил перебирая лапами. Он уже не тосковал о снеге. Снег его прошлого был покрыт красными липкими пятнами.


Голос который он не спутает ни с чем вывел его из тяжелого наваждения. Она снова пришла и снова смотрела на него своими необычными глазами, способными в доли секунды разогнать любые тучи. Возвращение в реальность, больше не было для него, а скорее наоборот. Девочка подошла в плотную к клетке, так близко еще ни кто не подходил, и если бы кто-то увидел это, то наверняка помешал бы ей. Хищник был в смятении, он боролся с желанием подойти поближе, боялся напугать ее. Она протянула через прутья клетки свою ручонку, и Волк увидел на ладони кусочек хлеба. Он растерялся. До этого многие кидали ему хлеб в клетку, но он ни разу не поднял, ни одного кусочка. Он все-таки волк и скорее бы умер от голода, чем унизился настолько. Но сейчас происходило нечто не похожее на се остальное. Она не кидала ему этот хлеб, а держала его на ладони, протянув руку сквозь железные прутья. Отдавала ли она себе отчет, насколько это опасно? Это красивый но очень странный поступок….на грани безумия. Волк подошел и нежно, как только мог, взял хлеб с ее руки. Проглотив этот кусочек, он едва сдержался, что бы не лизнуть ей руку. В этот день, он немножко дольше не отводил от нее своих глаз, он уже не боялся, что девочка увидит в его глазах злобу или ненависть. Сейчас его глаза светились совершенно другим чувством.


Шло время, дни сплетались в недели, недели складывались в месяцы. Она все так же навещала его, а он теперь каждую ночь разговаривал с Тем, Кто провел его через флажки. Жители ближайших домов ежились в своих постелях от тихого хриплого воя.


Вот однажды, когда уже буйствовала весна и клетка стала совершенно невыносимой, произошло чудо.


Придя, как обычно к вольеру, девочка вдруг отодвинула засов и открыла дверцу. В ее глазах можно было прочитать сомнение. Вдруг вырвется и убежит? Она потихоньку начала отходить от клетки. Волк, с трудом осознавая, что происходит, выскочил из вольера и хромая засеменил с ней рядом. Они шли по весенней цветущей улице и прохожие не обращали на них внимания. Ни кому даже в голову не могло прийти, что рядом с этой девочкой шагает не ее старая собака, а настоящий таежный волк.


Да и откуда им знать как выглядят настоящие волки?


…Они сидели на солнечной полянке в парке, она что-то рассказывала ему, а он склонив по собачьи голову набок наслаждался этими звуками. Потом как бы вспомнив о чем-то очень важном, он посмотрел вверх и почувствовал, что Тот Кто Всегда Рядом смотрит на него. Волк обернулся по сторонам, и убедившись, что ни кто не видит, вильнул Ему кончиком хвоста. На «волчьем» языке это значит больше чем тысяча самых горячих «спасибо»…ведь он опять ушел за флажки…

Почему я крещу детей. Моя статья для одной межконфессиональной газеты.

Около половины тысячелетия в христианском мире имеет место полемика о крещении детей. Доводы и аргументы с обеих сторон полемики достаточно тверды и ни одна из сторон не собирается уступать. Логично, ведь вопрос о святом, о краеугольных камнях вероисповедания, о доктринах лежащих в основании. Хотя стоит заметить, что далеко не во всех регионах и не во все времена, вопрос этот стоял остро, т.к. стороны спора явно не равны. На позиции сторонников крещения детей стоят все христианские традиционные деноминации, т.е. все католики, православные, и большинство традиционных протестантов. В оппозиции к ним протестанты, имеющие в своих катехизисах баптистское (анабаптистское) понимание крещения. Аргументы обеих сторон избиты и общеизвестны, посему повторять их нет ни какой нужды. Но я все-таки решился описать свою позицию в этом вопросе, т.к. служа, в таком полинациональном и поликонфессиональном месте как Одесса, мне неволей приходиться сталкиваться с проблемами людей вызванными «крестильной» полемикой.


Как православный священник и естественно сторонник крещения детей, я позволю себе только один аргумент в защиту своей позиции. Ключевым аргументом, в своем богословии сторонники анабаптизма считают то, что они поступают во всем «по Библии».


Но ведь не нужно иметь «семь пядей во лбу» или богословское образование, что бы понимать, что само крещение как раз и не описано в Библии! Из текстов Священного Писания, мы достоверно знаем только то, что в совершении «иоаннового крещения» использовалась вода Иордана и совершалось оно «в покаяние», а так же знаем что иное крещение «во Христа» или «во Имя Отца и Сына и Святого Духа» совершалось так же при помощи воды но уже не обязательно иорданской. Самого описания последовательности таинства крещения в Библии нет! И это есть факт! Логично предположить, что таинство крещения во всех деноминациях христианства совершается на основании иных письменных или устных преданий. Если в позиции традиционных церквей все понятно, есть конкретные документы и церковные каноны, на основании которых складывается последовательность действий при таинстве и требования для его совершения. Самый первый документ «Дидахе или учение двенадцати Апостолов», датирован началом второго века (практически ровесник Евангелий) говорит о крещении, буквально следующие: (Глава VII.) «Что же касается крещения, крестите так: наперед провозгласив все это, крестите в живой (проточной) воде во имя Отца и Сына и Святого Духа. Если же нет живой воды, крести в другой воде; если не можешь в холодной, то в теплой. А если нет ни той, ни другой, возлей воду на голову трижды во имя Отца и Сына и Святого Духа». Далее на протяжении всей истории Церкви мы имеем четкое преемственное обосновании и описание всех таинств, которые сегодня совершаем в наших Храмах. То есть, представители ортодоксального христианства совершают таинство крещения, полагаясь на конкретные указания и требования, выработанные в первохристианских общинах и зафиксированные в конкретных документах. На чем основывают последовательность крещения и требования к его совершению люди «живущие по Библии» до сих пор не понятно. Ясно только одно: не на Библии - это точно. В Библии просто нет описания совершения крещения.


Вернусь к основной теме, к крещению детей. Меня как простого священника интересует больше не догматическое обоснование крещения детей, оно обосновано до меня и достаточно основательно. Меня как рядового священнослужителя интересует душепастырское значение необходимости крещения детей. Имея сам двоих детей, я на практике убежден, что крещение детей, как неотъемлемое условие воцерковления души маленького человечка, принятие его как полноправного члена христианской общины не только возможно, но и крайне необходимо.


Традиция крещения детей начинает складываться во времена гонения на первых христиан.


В те времена, как правило, люди обращались в христианство семьями, или «домами», т.е. со всеми домочадцами обращались и рабы и слуги и просто близкие люди. И под гонения попадали соответственно, все вместе. Гибель детей всех возрастов или вернее не зависимо от возраста, вместе с родителями христианами не являлась чем-то из ряда вон выходящим. Грудные детишки становились настоящими мучениками за Христа раньше, чем могли научиться говорить. Из-за нестабильности быта христиан подверженных преследованиям, многие из детей находились в постоянной опасности остаться сиротами и быть порабощенными и воспитанными язычниками, врагами Евангелия. Такая перспектива для своих детей, рассматривалась христианами много более худшею, чем преждевременная смерть. Вот в такой ситуации, органично и естественно возникает традиция крещения детей. Для людей того времени являлось совершенно естественным посвящать своих детей в свое сообщество, свою веру не зависимо от возраста. Особенно для обращенных из иудеев, которые обрезали своих мальчиков уже на восьмой день от рождения, ведь заповедь крещения давал тот же Бог, который заповедовал обрезываться. Не зная, что принесет им завтрашний день, христиане старались окрестить новорожденное чадо как можно раньше. Согласно устоям христианских общин, крещеный человек становился полноправным членом общины, независимо от возраста статуса или иных качеств. Когда младенцы практически ежедневно становились Христовыми мучениками, погибая со своими родителями на кострах и аренах Римской Империи, ни у кого не возникало вопросов: достойны ли они крещения или причастия. Более того, тогда же существовало и «крещение кровью», когда исповедник погибал от рук палача, не успев принять крещение от пресвитера или епископа. Пролитая им кровь заменяла собой «воду иорданскую» в которой сам Господь крестил своего мученика. Бывали и случаи крещения с использованием песка или земли, так как наука того времени уже ясно знала, что любая почва вплоть до раскаленного песка содержит в себе субстанцию воды. В тюремной камере с земляным полом для умирающего человека или для людей выкинутых на песок Колизея это было принципиально важно. Нам имеющим водопровод в каждом жилище кощунственно даже ставить под сомнение правильность совершения этих таинств.


Детки приводились, а чаще приносились на крещение своими восприемниками, т.е. крестными родителями которые, по сути, принимали обеты (уже самим фактом участия в таинстве) вырастить, в случае беды с родителями по плоти, этих детишек в вере Христовой. После появилась традиция не быть крестными родителями мужем и женой, что приводило к тому, что в крещении ребенка принимали уже две семьи, одна со стороны крестной матери, другая соответственно от крестного отца. Во сколько же раз это увеличивало шансы крещаемого младенца на христианское будущее. Помимо всего он становился полноправным членом общины, разделяя с ней не только тяготы и лишения, но и благодать, изливаемую Господом на своих верных учеников.


Предвижу возражение оппонентов: «Тогда были другие времена!». Да, несомненно, время было другое, но намного ли нынешнее время спокойнее и благодатнее? Меньше ли гибнет сегодня душ безверии и грехах? Неужели сегодня мы должны меньше хранить своих детей? Почему же мы считаем возможным не спросив своих чад дать им имена, какие взбредет нам в голову, свои фамилии, национальность, наследственность, включая всевозможные заболевания, затем начальное, а зачастую и высшее образование. Мы считаем правильным, привить детям свою систему ценностей и прочие вещи, так почему же мы должны отказываться соделать их соучастниками в жизни Христовой Церкви с первых дней жизни? А как это сделать, отказывая им в самом первом и важном условии воцерковления – таинстве крещения. Конечно, для этого нужно самому быть христианином истинным, а не номинальным, но это уже другая тема для разговора.


Посему я счастлив, что мои дети во время Литургии пребывают в Храме не как ротозеи и зрители, а как соработники в общем деле, ведь слово «Литургия» так и переводится: «делать вместе» (общины, разделяющие себя во время воскресного служения на «детские» и прочие группы, разрушают себя изнутри). Требование к деткам одно: с семи лет прежде причастия ребенок должен исповедоваться, т.е. исповедать свою веру и признаться в грехах и проступках. Служба Божия не разделяет мою семь, а собирает. Мы не только живем под одним кровом, но и приобщаемся одной Чаше молясь одному Богу и в моей пятилетней дочери, я вижу не меньше благоговения, чем в остальных причастниках. Слава Богу, за то, что мое исповедание делает сие возможным.

Покаяние, как оно есть.

Напрасно человек, не просвещенный покаянием, пытается отделить ложь от «вынужденной неправды», истину от мечтательной фантазии. Подобно слепому, он не способен различить черного и белого, и неминуемо ошибется. Совесть, очерствевшая в нераскаянных грехах, неспособна реагировать на обличительное действие Святаго Духа. Умирающему не делают компрессов, ему нужна реанимация. Отмершей совести, прежде всего, нужно воскресение в покаянии. Не в плаксивом сожалении о том, что, дескать, каких я ошибок наделал, дров наломал…бедный я, бедный! А в покаянии, которое выражается в обратном действии. С какой силой я стремился ко греху, с такой (как минимум) я должен бежать от греха. Если не существует такой тенденции и человек просто «покаялся», т.е. посожалел о содеянном и, попросив прощения у Бога, сложил ручки, то можно с уверенностью сказать, что покаяния, как такового, не было вообще. Ибо истинное покаяние, неизменно побуждает к действию. Заметьте, не к болтовне на Евангельские темы и о том, какая церковь «самая правильная», а к смиренному, некичливому, порою со стороны вообще незаметному труду. Человек, переживающий покаяние, никогда не будет строг к окружающим и никогда не сможет мыслить категориями, осуждающими кого-то за недостойное поведение или иную религиозную практику. Все это по одной простой причине – в покаянном сердце живет ликование прощеного грешника, в покаянном сердце живет радость спасения, покаянное сердце купается в Божией любви.


…А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит.

(Лук.7:47)


Кающийся грешник неспособен осуждать и проклинать, неспособен лицемерить и хитрить. Для него это противоестественно, он мыслит совершенно другими категориями.

Для трезвой и полноценной духовной жизни, крайне необходимо осознание своего покаяния. Прежде чем делать какие-либо шаги в духовной жизни, будь то чтение духовных книг, аскетические практики, посты и молитвенные бдения или дела милосердия, необходимо адекватно оценить степень своего покаяния. Для этого нужно просто посмотреть, что окружает нас. Если это бесконечное самолюбование в своей мудрости, когда разум «строчит» нравоучительные проповеди, которые, как кажется, совершенно необходимо записать и «просветить» ими погибающих грешников, в таком изобилии нас окружающих, если наши близкие (особенно семья) кажутся нам недалекими людьми, неспособными принять всю «мудрость», которую мы им несем, если мы чаще замечаем недостатки людей, нежели их добрые качества - тогда… Можно не сомневаться: наше покаяние – это самая большая иллюзия, которая только случалась в нашей жизни!

Покаянное сознание часто содрогается от обилия собственных заблуждений, которые нередко вели и, чего греха таить, до сих пор ведут (хотя наверняка реже, но лишь Божьей милостью) ко греху. О каких нравоучениях может идти речь, когда разум нуждается в исцелении от греховного опыта?

Однажды я услышал замечательную проповедь о том, что сегодняшние проповедники христианства похожи на рыночных торговцев, которые соревнуются в погоне за поголовьем, предлагая самые «оптимальные» пути спасения. У кого дешевле спасение? Действительно, когда послушаешь некоторых, то невольно изумляешься. Оказывается, повторив за кем-то несколько слов молитвы, тебя могут поздравить с тем что: «Ты спасен брат!».

Сначала нам привезли сладости без сахара, кофе без кофеина, шоколад без калорий, масло без холестерина, а когда наши бренные тела с этим справились, нам выдали Евангелие-лайт, Евангелие без Христа. Нет, конечно, номинально Христос там присутствует, но Он какой-то там не Евангельский, уж больно «продвинутый». Невольно вспоминаются истории старцев и затворников о том, как дьявол искусно притворяется Богом, чтоб ввести в блудни наиболее продвинутых и опытных, уже сто собак съевших. Что уж там про нас – простых смертных – говорить?

«Легкая версия Евангелия!» - как бы кричат проповедники. «Адаптированная версия Евангелия для предпринимателей! Дури народ, налоговую службу - и веруй в Бога!» - кричат с соседнего прилавка. «С нами танцуй, Бог хочет, что бы ты радовался!» - доносится ритмичная вакханалия из следующего «дома Божия». И вот – хоровод плясунов экстатически конвульсирует с радостными воплями вокруг Распятия, с которого на весь этот шабаш смотрит измученный Христос. Полные слез глаза не пересекаются ни с чьим взглядом. Христос одинок в Своей скорби за падшее человечество на этом празднике радости и веселья по поводу Его Воскресенья. Будто демоны глумятся над Богом, вымарывая Его образ с Креста, под которым творится очередная шаманская вакханалия.


Сие заповедаю вам, да любите друг друга.

Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел.

Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир.

Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше.

Но все то сделают вам за имя Мое, потому что не знают Пославшего Меня.

(Иоан.15:17-21)


Этих слов нет в «Евангелии-лайт»… Нет, их не вырвали из текста, просто «новые пророки» учат своих адептов так читать Священные Писания, чтобы подобные строки проскальзывали мимо сознания.

Не отстает от неокультов и традиционное духовенство, предлагающее за «разумную плату» поездку к мироточивой иконе, обещая за это прощения грехов. Совсем недавно, я слышал о готовящейся поездке женщин к одной из таких икон – для «прощения абортов». Чтение акафистов превращается в спиритические сеансы, акты изгнания бесов, считавшиеся всегда таинством, теперь проводятся перед телекамерами и рассчитаны на массовые аудитории, иконы стали идолами, а попы – шаманами. Евангелие-лайт дает свои плоды! По плоду узнаем дерево…

А зачем тогда Христос, зачем покаяние, зачем изменение жизни, когда, осквернив себя многократным детоубийством в собственном чреве, можно за сто гривен приятно прокатиться и не иметь проблем? Ведь икона наделена силой, которая снимет грех, отчистит от него. Мы идет не к Богу, а к иконе. Мы идем в ад! Евангелие без Христа – это не черта какой-то конфессии или особой религии, это элементарное отсутствие покаяния, а, соответственно, и христианского мышления вообще.

Людям свойственно путать веру с религиозным сознанием. Огромное количество людей, обладающих религиозным сознанием, т. е. знающих в той или иной степени определенные основы духовности – будь то заповеди, библейские тексты, церковные традиции – по наивности называют себя «верующими». Большое количество людей причисляют себя к православным по причине совершившегося некогда крещения и наличия крестика на шее. При этом утверждают, что десять заповедей дал Христос после возвращения из Тибета. А под Святой Троицей иные из нас искренне и непосредственно понимают Христа, Богородицу и Николу-чудотворца. Блаженны нищие духом, конечно. Но ведь откуда-то эти тлетворные заблуждения, расшатывающие основы нашей веры, просачиваются в обнищавшие головы?

Разобраться тут не представляет труда.


Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду.

И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне.

Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю.

Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди.

(Иоан.14:12-15)


Слова Господа не оставляют нам иллюзий. Насколько мои дела, поступки, похожи на дела Христа, ровно настолько я верующий! Без вариантов.

Не нужно иметь семь пядей во лбу и богословское образование, для того, что бы понять, что нам есть в чем каяться перед Всевышним. Любой желающий без труда найдет литературу, объясняющую, как готовиться к исповеди, что нужно для покаяния. По сему нет нужды, чтобы я дублировал эти тексты. Скажу лишь то, что покаяние – это кропотливый и тяжелый труд, итоги которого подведет Сам Господь, когда мы предстанем пред Ним. А до того часа нужно опасаться давать положительные оценки своей духовности…ведь мы так часто ошибаемся! Упаси Боже ошибиться нам в этом вопросе, ведь на кону стоит наша вечность. Да и не кон это никакой, а наша жизнь – жизнь каждого из нас, каждого, погрязшего в заблуждениях и подчас буквально усыпанного гнилыми яблоками раздора и нелюбви, обильно легшими на землю под деревьями сада, не имеющего никакого отношения к райскому, а, скорее, напоминающего кладбищенский. Видите могилки между подсохшими и преждевременно облетевшими деревьями? Это – наши могилки, а не чьи-то. Пора бы потихонечку вырывать себя и своих деток с кладбища. Путь нелегок, но начало его определено – покаяние. Со времен Иоанна Крестителя Царство Небесное силою берется. Не употребишь усилия – так и будешь гнить заживо в склепе с евроремонтом или на помойке очередного стриптиз-клуба, пялясь на ухоженные туловища топ-моделей. Выбор остается за тобой – ведь ты человек. Свобода – то, что выделяет человека из всего остального животного мира. И не просто свобода, а свобода осмысленная, осознанная.

Свобода.

Мы свободны в своем выборе, и Спасителю наша свобода стоила слишком дорого, чтобы мы могли ею пренебречь. Самый разумный, на мой взгляд, выход - насладиться свободой в полной мере. Многие из нас, поступая сумасбродно и претерпевая беды, думали, что они живут, как свободные люди. На самом же деле, мы были просто рабами своих желаний и страстей, а о настоящей свободе даже по сию пору не имеем ни малейшего представления.

Один молодой верующий человек объяснял мне свою свободу: « Я свободен не грешить». «Это как?» - cпросил я. «Из двух вариантов «грешить» или «не грешить», я выбираю - не грешить». Но разве человек, постоянно стоящий перед выбором – это свободный человек? Дилемма - уже теснота, а выбор из предоставленных вариантов - уже несвобода. Разве такого выбора нет у людей, которые никогда не слышали Евангелия? Конечно же, есть, а многие из них, не в пример нынешним христианам, очень скромны и благочестивы. Такова ли истинная свобода? Право выбора - лишь капля той свободы, которую может даровать Господь тем, кто взыщет ее всем сердцем, кто хотя бы искренне захочет сердцем своим ее взыскать.

Любящая мать, баюкающая младенца, разве мучается вопросами: «ударить ли чадо о землю?» Она просто его любит, не утруждаясь вопросами и сомнениями. Она воистину свободна его любить. Только там, где пропадает выбор, там, где уходят сомнения, начинается свобода. Быть свободным от греха, - значит, не мучиться в тисках выбора: согрешить – не согрешить. Быть свободным от греха – значит, быть от него так далеко, говоря библейским языком, «как восток от запада» - т.е., практически, в ином измерении. Когда вчерашнему курильщику взять сигарету также противоестественно, как мазать обувной крем на хлеб вместо масла на завтрак, тогда он может сказать: «Я свободен от этой греховной пагубы». До тех пор, пока он мечется в выборе, он не свободен, он раб страсти - бунтующий, жаждущий свободы, но все-таки раб. Помните как в Библии:

Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям: если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными.

Ему отвечали: мы семя Авраамово и не были рабами никому никогда; как же Ты говоришь: сделаетесь свободными? Иисус отвечал им: истинно, истинно говорю вам: всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете.

(Иоан.8:31-36).

Мы не были рабами! Это сказали ему дети (потомки) Авраама, которые были в рабстве в Египте 400 лет, в Вавилоне 70 лет и много еще где и когда. Иногда вообще кажется, что история Израиля, - это история рабства. В момент разговора они тоже не были свободны, они были Римской провинцией. Совсем как при коммунистическом ликбезе, люди, обреченные на рабство, писали свои первые слова: «МЫ НЕ РАБЫ, РАБЫ НЕ МЫ», а при пении «Интернационала» называли свою жизнь «царством свободы». Подобно тому и нынешние люди, пребывающие в зависимостях, считают, что они делают то, что захотят, хотя сами уже давно уподобились бездушным биороботам, механически ищущим себе источник продолжения мучений, сметая на своем пути любые преграды, пока трагедия не остановит их. Так кто же вообще тогда имеет представление о свободе? Самые независимые, казалось бы, люди, на проверку, оказываются всего лишь рабами своих желаний, а чаще даже не своих.

Первый шаг к свободе - осознание рабства. Ликбез Христа начинается с первых слов: «Я РАБ, ДА Я РАБ... Господи, помилуй!!!». Все остальное неважно. Помните? Если Сын не освободит, истинной свободы не будет. Будет новая иллюзия, временное облегчение, которое принесет с собой новую, еще более невыносимую боль.

В так называемом «современном христианстве» очень распространен социальный подход, при котором человек становится членом определенной группы, общины и приводит свое поведение, одежду, речь и т. д. в нормы, принятые в данном микросоциуме. В этом он видит свое смирение и, соответственно, духовность, внутри своего естества, своей сути оставаясь прежним человеком, теснимым страстями и желаниями, отвлекающимся во время молитвы или проповеди на привлекательных особей противоположного (в лучшем случае) пола, или человеком, идущим в церковь, чтобы встретиться с «нужными» людьми, или, или, или.… Потом, как бы ни с того, ни с сего – бум! – человек вернулся к жизни обыденной, мирской, не духовной. Как правило, совершая грехи еще более тяжкие, нежели до своего «духовного рождения», если таковое вообще было. Это подобно тому, как если бы садовник, борясь с особо живучим и вредным сорняком, постоянно стриг бы его листву, стараясь придать ей привлекательный вид. Духовно жаждущий человек попадает в общину, где ему прививают «правильную» модель поведения, а корень греха, оплетший душу, продолжает тянуть жизненные соки, перерабатывая нежную любовь в похоть, достоинство в гордыню, осмотрительность в трусость, спокойствие в холодный расчет, меняя полярность всему благому, что есть еще в наших душах.

Религиозная жизнь сегодня сведена к подражанию лидерам, подтасовке фраз из Библии и ненависти к другим формам религиозной жизни. В этом преуспели все конфессии и деноминации, пытаясь сделать Христа заложником своих предрассудков и амбиций. Вот такое сейчас время! Самое странное время из всех времен. Когда-то христиан гнали императоры Рима, еще раньше иудеи. Доставалось им и от мусульман (и мусульманам доставалось в ответ). Часто Церковь была заложницею в политических играх. А что довелось выстрадать верующим от изуверов-большевиков! Но ныне времена иные.…Ныне христианство гонимо внутри церкви. Религиозная жизнь сводится либо к клубной тусовке, либо к обрядности. Священник кидается из роли шамана в ярмо менеджера по досугу прихожан. А ведь религия, это просто связь (в буквальном переводе с латыни). Связь человека с Богом. Некогда разрушенная, но Смертью Крестной восстановленная. Вне этого человек обречен на рабство. Ему просто нечего противопоставить своим желаниям, своей похоти. Пусть не обольщается тот, кто считает, что он верует в Бога и у него все в порядке. Ты еще терзаешься выбором: грешить – не грешить? О какой вере ты говоришь? Это твоя иллюзия, и чем быстрее ты от нее избавишься, тем быстрее можешь обрести веру истинную. Как распознать ее? Очень просто:

Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду.

(Иоан.14:12)

Насколько твой образ действия похож на Христов, ровно настолько ты и верующий.

…ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим;

(Матф.11:29)

Насколько ты кроток, настолько веруешь.

…не возопиет и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах;

трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит; будет производить суд по истине;

(Ис.42:2,3)

Не ты ли недавно критиковал и осуждал? Так во что ты веруешь? Ну, ни как не в Евангелие, ведь поступки говорят сами за себя. А ведь это единственно верный критерий духовности.

По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак по плодам их узнаете их. Не всякий, говорящий Мне: "Господи! Господи!", войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

(Матф.7:16-22)

Не зачтется никому, что он ходил в «самую правильную» церковь, не зачтется крещение во младенчестве, не зачтется и кощунственное «перекрещивание», ни тысячи поклонов в храме древнем, ни рок-н-рольные оргии «модного христианства», ничего не будет иметь смысла, если сами плоды жизни и поступки, кротость, смирение не скажут о человеке, что он имел веру Божию, которая и будет ему оправданием на Страшном Судилище Христовом.

Ведь только такой человек может сказать: - Я свободен!

О гресех ...

Продолжаю раскапывать свой архив. 

Душа – война миров.

Человек уникальнейшее существо во вселенной, застрявшее между двумя мирами: духовным и животным. Имея дух, он принадлежит миру ангелов, способен пророчествовать, видеть на тысячелетия вперед, в молитве восходить на величайшую высоту, к Престолу Самого Творца. В то же время, человек имеет тело, которое требует пищи, тепла, безопасности, удовольствий. Тело животно и ведет себя соответственно - подобно неразумному щенку, способному отожраться до неспособности двигаться, если не убрать вовремя кормушку. Еще через мгновение - это хитрый хищник, ищущий удовлетворения своей страсти и способный на многое ради нее. Дух же потенциально велик и способен держать тело вообще без пищи многие дни, лишать его тепла и удовольствий, заставляя жить без самого необходимого, переступая законы жизнеобеспечения организма и бесконечно поражая своими чудесами. Примеров тому масса.

Это и выжившие в концентрационных лагерях, и достигшие полюсов планеты, это и аскеты-подвижники, искавшие величия духовной жизни, побеждая страсти и похоти. Человечество хранит тысячи ярких примеров подвигов духа, к сожалению так мало кого сегодня вдохновляющих. Душа же человека - своеобразный «колизей», арена, на которую выброшен дух человеческий противостоять зверю. Проиграть очень легко, а точнее - в реальности повседневной жизни дух обречен, потому Сам Господь некогда сошел с Небес, дабы даровать духу человеческому победу, но она не дается насильно или автоматически, ее нужно взыскать. Царство Небесное силою берется со времен Иоанна Крестителя! Взыскать не просто, как мы привыкли кликать пультом от телевизора в поисках любимой передачи, а взыскать, как выход из горящего дома. От этого зависит наша судьба в вечности, будущее нашей бессмертной души.

Животное естество, называемое в христианской традиции плотию, сильно своим союзником – покровителем, некогда сияющим Архангелом, ныне же олицетворяющим все темное, что только есть в нашем мире. Не просто сражаться с соперником, самым опытным и древним из тех, кого только видела Земля. Он знает все слабые места, и бьет по ним именно в тот момент, когда ты не ждешь, именно тогда, когда нужна поддержка. Он делает это не сам, а через близких и дорогих нам людей, которые, того не ведая и будучи не в состоянии противостать сгустившемуся злу, наносят нам удары. Мы, не видя истинного обидчика, ассоциируем всю боль с их лицами и платим им той же монетой. Круг замкнулся.

Рушатся семьи, ломаются отношения, приходят неприязнь и вражда. И вот – человек, окруженный миллионами ему подобных, одинок. У него еще теплятся какие-то светлые чувства к некоторым окружающим его людям, но он уже боится открыть их, боится нового предательства, нового удара. Те крохотные остатки любви и нежности, на которые еще способны наши ожесточенные обидами сердца, остаются не обнаруженными, перегорая в наших душах, оставляя горький привкус утраченной радости.

Дух велик, но лишь потенциально. В каждом из нас живет дыхание Бога, данное нам при создании, но зловоние нашей невоздержанности, увы, заглушает этот тонкий аромат. Смердит все… это вонь наших сигарет, угар алкогольных паров, тление съеденной свыше пресыщения пищи, миазмы сексуальных утех, нафталиновый душок из наших шифоньеров, набитых вещами, которые не сносить не только нам, но и нашим детям. Перечислять можно очень-очень долго. Конечно, у каждого будет свой «букет», какие-то запахи начнут доминировать, какие-то вообще прекратятся, но поверьте - благоухания (за крайне редким исключением) не получится. Но самое страшное зловоние – это наши мысли. В них мы превзошли самих себя. Господь объяснял Своим Ученикам, что сделанное в мыслях, по сути уже сделано. Мир духовный бесплотен и в нем совершенно необязательно производить какое-либо действие. Одна мысль приводит в движение неведомые нам механизмы - ведь сейчас мы скованы телом физическим. Если хочешь увидеть нечто ужасное, достаточно внимательно рассмотреть свои мысли, проанализировать свои желания. В своих мыслях мы настоящие, нас никто не видит. Там мы непосредственны, и позволяем себе такое, в чем боимся признаться самим себе.

Как вам нравится увиденное? А ведь такими, настоящими, видим себя не только мы, но и наш Творец. Ведь Он – наш Отец Небесный, наш Папа, который знает про Своих деток вообще все.
Именно такими Он видит нас!!!

Он знает нас совершенно не так, как видят и знают нас люди. Не здесь ли причина всех наших неудач и промахов? Даже когда мы молимся, мы забываем, что предстоим перед Господом совершенно в другом виде, нежели нас созерцают окружающие. Молитва – это, прежде всего, обращение духа человеческого к Духу Божьему. Настолько ли мы духовно благополучны, насколько привлекательны внешне? Подавляющее большинство прихожан и прихожанок общин всех конфессий и традиций, прихорашиваются (порой слишком долго и тщательно) перед зеркалом, собираясь на служение в свою церковь. Многие ли при этом не забыли помолиться? Думаю, здесь количественный показатель резко падает. Стоит ли спрашивать, многие ли готовились к служению с вечера, испытывая свою совесть, исповедуя перед Богом свои помыслы? Наверное, не стоит – дабы не впасть нечаянно в грех осуждения ближнего. Картина в итоге получается довольно печальная.

А ведь совершенно не нужно иметь богословское образование, чтобы достаточно обоснованно предположить, что перед Богом мы предстаем именно в духовной нашей ипостаси. И тут (осознавая это) впору провалиться от стыда перед Господом сквозь землю, а не с умилением на лице подпевать хору, одновременно не забывая с интересом рассматривать окружающих, мысленно награждая некоторых нелестными отзывами.

Давайте на мгновение представим то, что же видит Господь и Его святые Ангелы, взирая на нас в духовном изменении, в мире горнем. Сияние Его святости, как сильный ветер сдувает с нас всю шелуху нашей самоправедности, весь вздор наших «понятий» и представлений о справедливости, обнажая Его взору все наши помыслы и тайные желания, сокрытые грехи и преступления, наши мысленные расправы над обидчиками, эротические фантазии. В этом свете благочестивая домохозяйка, говорящая на исповеди: «…даже не знаю, что рассказывать…» иногда выглядит как плод воображения Стивена Кинга. Для адекватной духовной жизни, крайне необходимо осознание своего истинного состояния. Становясь рабами имиджа, мы весьма часто не радеем о нашей внутренней жизни, растрачивая все силы на поддержание нашего социального статуса. Духовная жизнь остается в небрежении, но голод духовного естества невозможно заглушить окончательно или игнорировать. А пища духовная, продукт специфический, дорогостоящий и, в отличие от всего остального, совершенно не дающийся «чужими руками», он, как манна, данная в пустыне Израилю, которую каждый собирал сам на всякий день, не имея возможности запастись впрок.

Господь усмотрел в жизни человека специально для этого время. В каждом нашем дне есть время сбора духовной «манны», время молитвы, время вечерней исповеди о дне прожитом, время, предназначенное Священному Писанию, время заботы о наших близких, ибо, служа «малым сим» мы служим Ему. В каждом нашем дне заложено для всего этого свое время… Как мы сегодня распорядились этим временем? Кому или чему мы его пожертвовали? Именно пожертвовали и никак иначе, потому что оно священно, как все, что предназначено Господу, добровольно отдано нами Ему. На языке Священного Писания «святое» значит – отделенное, специально предназначенное. Кто пожрал сегодня нашу святыню? Какой из наших божков? Наш ли это божок или навязанный нам обманом и подлогом? Чем сегодня мы заглушили голод нашего духа? Каким суррогатом себя напичкали? Таких веществ всегда было предостаточно в мире людей. Кто-то утром за чашечкой кофе слушает свой гороскоп на предстоящий день, позволяя кому-то, с зачастую сомнительной репутацией, программировать себя, отдавая безропотно свой разум на поругание. Кто-то в наивной самонадеянности двигает мебель по рекомендациям статьи о фэн-шуй из развлекательного журнала. Подумать только, его неблагополучие из-за того, что комод стоит не в том углу, а не из-за его патологической лени и наплевательского отношения к делу, которым он занимается! Что легче – изменить себя или переставить свой стол? Снова мы попадаемся на доступности, легкости, дешевизне. Тысячелетия человеческого опыта ни чему нас так и не научили. Снова и снова миллионы «буратин» копают ямки на Поле Чудес, а утром искренне удивляются, не обнаружив дерева с золотыми монетами… И, снова копают ямки, погребая в них свои таланты и остатки разума и человеческого достоинства.

Давая Заповеди, Господь отталкивал нас от края пропасти, которую мы не видим, но в которую безудержно стремимся, увлекаемые нашими неудовлетворенными желаниями. Мы ропщем и возмущаемся архаичности моральных догм и правил, настаивая на том, что они устарели и мешают нам наслаждаться жизнью. Но заповедь не вяжет человека по рукам и ногам. Мы вольны поступать, как нам вздумается. Заповедь это взгляд Бога, через блестящие от слез глаза матери, провожающей на позднюю прогулку свое ретивое чадо. Все что некогда Моисей принес Израилю на скрижалях, все, что записали в тысячах манускриптов Пророки и Апостолы, легко умещается в двух словах этой матери: «Береги себя…».

Господь в Эдеме поручил Адаму владычествовать над животным миром. Дух поставлен над плотию, а не наоборот… это принципиально… в этом корень безопасности и плоти, и духа. Дух человеческий обязан вовремя убрать кормушку, не дать телу уничтожать себя… Владычество – не тирания, владычество – это трепетная забота и ответственность. Но животное остается животным и требует наравне с заботой постоянного контроля. Любое животное, живущее рядом с человеком, просит внимания и времени – порой очень настойчиво. А если оно не просто рядом? Ели оно внутри, внутри настолько, что является неотъемлемой частью тебя самого? Что тогда? Вопрос напрашивается сам: каково оно? Плотоядно ли? Судя по ежедневным новостям, это животное может быть беспредельно жестоким. Каждый день кто-то из людей становится бессилен преодолеть его в себе. Тогда происходит беда.

Вспомним газетные статьи: … В таком-то городе домашняя собака загрызла ребенка и т. д., и т. п.… Несомненно, собак, которые спасали людей, намного больше, но легче ли от этого пострадавшему чаду? Я сам очень люблю собак и в подобных случаях не всегда умею возбранить себе винить людей, которые не справились с ответственностью воспитания хищного животного, решившись поселить его в своей квартире, вместе со своими детьми.
Разумнее всего человеку не забывать, что он тоже принадлежит к животному миру – ровно на столько, насколько он также хочет кушать, отдыхать, защищать себя, продолжать род (или просто получать удовольствие от процесса). Присутствие человека в духовном и животном мирах одновременно дает ему уникальную позицию. При этом следует учесть то, что он не на половину там и там, а имеет полноту духовной жизни (в отличие от животного мира) и полноту животного естества (чего не имеют ангелы). В этом человек выше ангелов и выше всего творения… выше него только Бог, Троица!

Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.
(Быт.2:19)

В самом начале Господь наделил человека правом и ответственностью давать имена всем животным. Дать имя – постичь естество, познать суть, а не просто повесить ярлычок или придумать кличку. Ни для кого из нас не секрет, что означает, например – «волчий характер», «телячьи нежности» и т. п. Творец не останавливается на этом, Он дарует человеку заповеди, где называет своими именами все животные грани человеческого естества. Отныне блуд – это блуд, а не сексуальное разнообразие… ложь – это ложь, кража – кража… Словом проводится грань, за которой человек может потерять свою духовную суть и просто-напросто обратиться в животное. Заповеди не есть способ ограничить свободу человека, как говорилось немного выше, а скорее попытка предостеречь от потери уникальной духовности, в которой отражается Сам Бог.
Трагедия начинается там, где вещи теряют свои имена. Подобно тому, как волка назвать овцой и привести к себе во двор. Назовите его хоть шиншиллой, он останется волком, и очень скоро вас ждет беда. Сегодня сексуальную нечистоту назвали раскрепощенностью и свободой. Ложь назвали политикой. Воровство – бизнесом. Предательство и зависть – карьерным ростом. Пошлость и безвкусицу – искусством. Наши души теперь подобны дворам, по которым блуждают лютые звери, одетые в маски «беленьких и пушистых» зверушек.
Дух должен обуздать животное естество человека, а не служить ему, как это чаще всего происходит. Дух человеческий некогда уронил бразды, обуздывающие животное естество, и Христос пришел, чтобы вложить нам в дрожащие руки эти бразды. Что же будем делать?

Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти; ибо если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете. Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии.
(Рим.8:12-14)

Плоть, подчиненная духу, это – прежде всего, объективные возможности действия, это жизнь, наполненная смыслом и содержанием, а не бесконечная череда удовлетворений жизненных потребностей. Человек очень легко скатывается к достаточно примитивному существованию, хотя у некоторых это выглядит довольно роскошно. Некто, покупающий новую, баснословно дорогую мебель в свой шикарный дом, очень часто не отличается от крысы, тащащей себе в нору кусок тряпки с помойки… Мотивы и цели абсолютно одинаковы: в норке должно быть тепло и уютно. Про сходства в продуктовых буднях, я думаю, лучше вообще не начинать, слишком грустно получится. В выборе атрибутов внешнего вида очень многое рассчитано на воздействие на противоположный пол… Не спешите называть меня ханжой и занудой – я не говорил, что все это низко и заслуживает презрения. Вовсе нет! Если в этих аспектах не перейдена грань здравого смысла и ничто из вышеописанного не доведено до навязчивой самоцели, то это не только нормально, но и крайне необходимо для вменяемой человеческой жизни и построения полноценного быта. Ненормально, если оно становится целью и смыслом бытия.
Когда удовлетворение физиологических потребностей делается, если не единственным, то хотя бы самым важным аспектом жизни – происходит падение человека с высоты «венца творения» в земную фауну, где первенство он может получить только в двух номинациях: жестокость и распущенность. Ну, безразличие циничное еще, думается. Человек, ограничивший себя добыванием материальных благ для приобретения пищи, комфорта, заботы о потомстве, нисколько не возвысился над животным миром. Более того, у многих животных некоторые вещи получаются намного лучше и качественней. Если бы мы могли трудиться, как те же пчелы, лимузин бы стоил не больше месячной зарплаты педагога! Позволю себе, простите, еще немного сгустить краски. Человек намного более склонен к деструктивному поведению, нежели братья наши меньшие. Например, совершение убийств, не мотивированных инстинктом самосохранения, а являющихся следствиями сексуальной невоздержанности, превосходящей по масштабам все «вольности», которые позволяют себе зверушки, вместе взятые. И, несомненно, тщеславие, и способы достижения вожделенного, превращающие оленей, ломающих друг другу рога, и хищников, грызущих собратьев в стремлении доминировать, рядом с человеком в инфантильных ленивцев, негодных ни на какое внятное сравнение с жестокостью и фанатизмом, на которые способен Хомо возомнивший себя Сапиенсом.
Дух обязан господствовать над плотию со всеми ее страстями. Я решаю идти – и ноги несут меня… Не тело диктует мне, а я решаю, как поступить с моим телом. Представьте себе, что ваш дух совершенен, а тело безоговорочно ему подчинено. Не к тому ли хочется стремиться? Может, мы просто себе не говорили никогда об этом? Так давайте скажем. Не устали мы оттого, что наше туловище диктует нам, как жить? Наш дух немощен и не может справиться со зверем внутри нас? Ну, да ведь мы же сами вырастили в себе этого монстра. Не хватает сил отказать себе хотя бы в том, что очень для нас вредно? Туша требует жрать? Наш дух – это полное ничтожество. Блажен тот, кто уже убедился в этом и похоронил свои последние «я, если захочу, то смогу». Он может начинать восхождение.
Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.
(Матф.5:3).

О Торжестве Православия... архивное.

Продолжаю раскапывать свой видеоархив.

Передача на Одесском ТВ

Одна из передач, на которые мне довелось угораздить.

Знание - сила?

 

Вирус Иммунодефицита Человека- это явление, постигшее человечество в прошлом веке до сих пор не осознано человечеством. Для этого есть как духовные, так и психологические причины. Это, на мой взгляд, может служить несогласие человека с существованием этой странной болезни, страх перед ней, страх сидящий глубоко, страх животный низвергающий человека из третьего тысячелетия в средневековое мракобесие.

 

Я нахожусь под впечатлением от моей беседы со студентами, ведь их принято считать прогрессивной частью нашего общества, людьми мыслящими широко и свободно. Проводя беседу о ВИЧ- инфекции я задал вопрос о путях распространения и способах защиты от нее. К информации которую я получил у меня не было ни каких претензий, все было изложено верно и крайне подробно, ни нашлось ни одного студента который бы не имел относительно реальной картины по существу заданного вопроса. Казалось бы, я зря пришел, они знают все и незачем тратить их драгоценное время. Но я попросил их смоделировать следующую ситуацию: допустим у вас уже своя семья, супруг или супруга, дети и т. д. и т. п., вы живете в большом красивом доме, на первом этаже которого современный магазин с более чем приятными ценами и прекрасным ассортиментом в который очень удобно ходить, но во всем этом есть одно «НО». Дело в том, что среди персонала этого магазина есть ВИЧ- инфицированные люди. Так вот вопрос: «Будете ли вы пользоваться услугами этого магазина, разрешите ли своим детям делать там покупки?». Несколько человек ответили утвердительно, но как-то робко, без той уверенности, с которой только три минуты назад объясняли мне, что это за инфекция и как с нею бороться. Остальные (как не трудно догадаться, абсолютное большинство) ответили молчаливым протестом. Но ведь мы не ходим в магазин заниматься сексом с персоналом, не идем туда за человеческой кровью и т.д. Для того чтобы смоделировать ситуацию в которой есть вероятность ВИЧ- инфицирования при посещении подобного заведения, необходимо весьма специфическое воображение. Это еще больше уверило меня в том, что обильное информирование как самый популярный способ профилактики не способно решить наши проблемы. Каким-то непонятным образом знание и понимание дифференцируются в наших мозгах и если не конфликтуют, то все равно стараются игнорировать друг друга. В разуме человека третье тысячелетие, а в душе средневековье. Перед глазами компьютер, в сознании дым очередного «аутодофе».




Я лично давно ушел от иллюзии, что информированность решит какие либо вопросы.


Моя жена (сотрудник ВИЧ- хосписа) недавно расказала как медсестра несколько лет работающая в центре СПИД (!!!) мыла моющим средством банан, которым ее угостил пациет...


какой информации ей не хватает?

Время...

 

Сегодня в эпоху тотальной нехватки времени, все чаще и чаще можно услышать в любой беседе поговорку: «время – деньги».

 

Я не буду рассуждать о нравственности сего выражения, ведь очевидно то, что оно реально справедливо по отношению к окружающей нас реальности. Время уже давно оценивается в денежном эквиваленте. От консультаций адвоката до телефонного разговора, все имеет свою цену. С появлением мобильной связи, тарификация времени доведена до секунд. Все это не случайно, ведь каждое мгновение уникально. Отдавая кому-то свои пять минут, я не могу не осознавать, что этих минут, у меня уже не будет никогда, буквальном смысле этого слова! Время в отличие от многих других субстанций, не имеет обратного хода, если я проехал остановку, я могу вернуться назад, если я прожил день, то все, его уже не вернуть! Никогда!

Если более объективно оценить эту ситуацию, то можно сказать, что вообще время бесценно. Я священник и поэтому привык всякий раз, апеллировать к Священному Писанию и не было еще случая, чтобы оно не пролило свет на всякий предмет размышлений. А ответ лежит на самой поверхности, в знаменитых Десяти Заповедях.

Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай всякие дела твои, а день седьмой - суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его.

(Исх.20:8-11)

Из текста, мы ясно видим, что отношение Господа ко времени очень трепетное, в отношениях с человеком Бог не только дает ему морально нравственные и культовые установления, Он регламентирует человеку время. Все что отделялось для Бога, сразу называлось святым (евр. קדוש кад`ош), т. е. – «отделенным» и принадлежало уже Богу. По сути это обозначает, что один из дней недели, не принадлежит нам. Ведь дословно написано, что мы должны «святить» этот день, отделять его от всех остальных.

Дело здесь не в особых претензиях Всевышнего к человеку. Далеко не все в нашей жизни принадлежит нам. Кто-то живет в арендованной квартире, кто-то ездит на машине по доверенности, кто-то имеет заводы, но все равно платит налоги государству, нет такого человека, у которого все свое, в непосредственном смысле этого слова. Так же и со временем. В наших 24 часах, которые мы имеем каждые сутки, тоже далеко не все наша частная собственность. Минимум 8 часов, а с дорогой все 9, а то и 10 – это собственность нашего начальника или нашей работы (как вам больше нравится), еще от 5 до 10, в зависимости от образа жизни, принадлежит нашему телу, если хотите – биомассе, для сна. Далее – у тех, кто успел стать родителями, огромный кусок от жалкого остатка откусывают детки. Что у нас еще? Приготовление пищи и поглощение ее, процедуры гигиены, и пр. Все остатки и обрывки мгновений нашего дня, доедает ненасытный монстр – телевизор.

В этом моем обращении, будет много вопросов, если мы с тобой, найдем в себе силы ответить честно, то эти несколько минут мы проживем не напрасно.

Человече, положи руку на сердце и скажи, не кривя душою:

Сколько времени в сутках твоего? Сколько мгновений принадлежит тебе? Не как телу или желудку, а личности, уникальной и неповторимой душе?

Грустно, не правда ли?

Когда мы что-то хотим изменить в своей жизни, то сразу же сталкиваемся с очень серьезной задачей. Нам приходится из «нашего» времени, что-то отнимать у одних и отдавать другим. Сразу возникает масса проблем, от конфликтов с людьми, до угрызений совести. А как же! Попробуйте отнять время, принадлежащее вашему боссу или клиентам или, короче говоря, работе, и отдайте это время кому-то другому, например телевизору. Что вас ждет в ближайшее будущее? Правильно – нищета.

К чему это я?

А ведь часть нашего времени принадлежит Господу. Правильнее будет сказать, что в нашем распоряжении есть Божье время, которое Господь, определяя годы жизни, выделил нам.

Это время не наше!

Отмеряя жизненный путь, Бог уделил время для всего необходимого нам, и добавил от Себя и для Себя. Шесть дней нам, один Себе. Заметьте, не половину, не большую часть, а всего лишь 1/7. Он не отрезал себе ломоть от наших дней, а добавил к ним, необходимое время, для общения с Собой. Очень примечательно, что в Новом Завете - благодати, пришедшем на смену Ветхого – завета закона, отношение к «священному времени» не изменилось:

Посему для народа Божия еще остается субботство. (Евр.4:9)


Какая же картина, из всего этого вырисовывается?


Хорошо, не буду говорить столь грубо – «время - деньги», но скажу прямо, что время – есть объективная и великая ценность, которую можно даже сосчитать, минутами, днями, веками. Оно легко учитывается, следовательно, и, расходуя его, мы способны давать себе отчет, сколько и куда мы потратили. О шести из семи частях вашего времени, пусть говорят менеджеры, шоумены, работодатели и диетологии многие другие, которые имеют к этому отношение. Я хочу поговорить с вами о седьмой части, святом дне, времени принадлежащем Богу. Куда вы его дели? На что потратили?

Как мы назовем действие, в котором святыня употребляется на нечто низкое? Это называется - святотатство. Как мы называем человека крадущего в храме? В лучшем случае – отморозок. А как назвать наши действия, когда мы в воскресный день вместо молитвы в храме идем на базар? Ведь мы украли (самовольно распорядились чужим) Божье время и в прямом смысле слова, его «разбазарили». Разве это не святотатство? Чем мы лучше человека крадущего в храме? Мы много хуже! У человека укравшего икону или пожертвования, есть объективная возможность их вернуть. У человек «разбазарившего» Божье время, такой возможности нет. Ведь время не течет вспять. Когда мы крадем время у своего работодателя, имеем ли мы надежду на благополучие? На что же нам надеяться, когда мы крадем у Подателя Жизни? Крадем постоянно и регулярно… вандалы – рецидивисты.

Ответ один: надежда только на Его милосердие. Как одним грехом смерть вошла в этот мир, так исполнением одной заповеди, можно вернуть себе жизнь. Отдай Богу Его время. Иди в седьмой день в Храм, молись, позволь молитве и псалмопению, омывать твою душу. И непременно придет время твоего покаяния, когда ты сможешь быть прощен за все свои грехи и освобожден от надоевших пороков. Удели время молитве личной и чтению Писания и духовных книг, послужи убогому своей милостыней, ближнему любовью и заботой. Самое главное, помни, что на все это Бог дал тебе время с избытком. И бойся осквернить святыню.

Верую...

Когда мы сегодня слышим слово «верующие», что мы видим за этой фразой? Какие картинки рисует нам наш современный мозг? Что этот термин значит для нас?

 

Может быть, это старушки в черных платочках, воскресным утром спешащих в церкву, а затем в течение недели, перемывающие на лавочке кости соседей. Или это женщина неопределенного возраста, с непроницаемым взглядом продающая свечи в церковной лавке и достоверно знающая, куда, сколько и какой толщины поставить свечей, что бы муж перестал пить или сын бросил «эту непутевую». А может это странные проповедники «мы с Тамарой ходим парой» с яркими журналами «Пробудись» и «Сторожевая Башня» на протяжении многих лет цепляющие прохожих с одними и теми же фразами. Когда, например, ко мне подошли две женщины в Одессе и спросили: «Как Вы думаете, а у Бога есть имя?», я пережил легкий приступ дежавю, несколько лет назад, ко мне точно так же подходили, как мне кажется те же женщины (настолько они везде одинаковые), с тем же вопросом, но в другом городе, лежащем в более чем пяти тысячах километров отсюда. Почему они мне показались теми же людьми? Очень просто… я забыл, конечно, как они выглядели, но сохранилось впечатление от встречи. Они так же не слушали моих возражений, расстреливали в упор заученными фразами и смотрели на меня с жалостью, какую вызывает умственно неполноценный ребенок (это, по всей видимости, называется у них - любовью к погибающему грешнику).

Может быть верующие, - это странные люди с заокеанским акцентом и улыбкой киноактеров в окружении молодежи со славянской внешн

ость и с тем же (только приобретенным искусственно) акцентом, наложенным на наш знакомый суржик. Как здорово! «Брат (или сестра), повтори за мной молитву и ты будешь спасен!», «Бог лубыт тебья!». Оказывается все христиане почти два тысячелетия, занимались ерундой и по сути, просто заблуждались (не смотря на то что в лоне Церкви родились тысячи святых подвижников, мучеников и исповедников, которые всем своим житием, вплоть до мученической кончины, доказали свою истинную веру и искреннюю любовь к Богу)! Не нужно подвига, не нужно смирения, ни чего не нужно! Нужно просто повторить определенные слова за Биллом из Монтаны и Царство Божие у тебя в кармане.

 

Да простит мне, мой читатель, этот злой пафос, но иначе не получается. Вещи нужно называть своими именами, ведь полуправда – суть ложь.

Или «верующие» это люди до хрипоты кричащие на митингах в защиту очередного «православного кандидата», делая Господа заложником своих амбиций. Может это люди печатающие тонны газет, в которых звучит только одна мысль, которую очень хорошо выразил Василий Алибабаевич в «Джентельменах удачи», - Эй Гражданина! Туда не ходи, суда ходи! Читая годами это чтиво, невольно удивляешься: получается, что не иерархи церквей служат Всевышнему, а некий Патриарх решает, какая церковь «благодатна», а какая нет. Я-то по своей темноте, считал, что это Бог решает, куда излить свою благодать. Ан нет! Оказывается без одобрения местечкового епископа (а то и батюшки или пастора), Господь не в силах самостоятельно кого-то спасти. Приход или община уже не ковчег спасения, а некая самодостаточная организация, диктующая через своего лидера, свои несуразные требования Всемогущему Богу. Театр абсурда. Но если верить «духовной литературе» в изобилии издаваемой всеми религиозными конфессиями, то иных выводов не сделать. Везде одно и то же: все не правы, мы правы. Боже, а сколько денег пожертвованных людьми, Христа ради, потрачено на это жуткое печатное человекоубийство. Именно так, ведь Господь сказал:

Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме. (1Иоан.2:9)

Кто говорит: "я люблю Бога", а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? (1Иоан.4:20)

А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: "рака", подлежит синедриону; а кто скажет: "безумный", подлежит геенне огненной. (Матф.5:22)

Может это вчерашние Васи и Наташи, которые обрились наголо, завернулись в простыни и теперь они (непонятно с какого перепугу) Махараджи, Субхадры, Мадхавы и т.д. При этом они утверждают, как великое открытие, что Христос, якобы научился всему на Тибете, забывая при этом учесть, что если бы это была правда, то по возвращению из этих «благодатных» мест, иудеи из которых вышли все 12 Апостолов (!), не только не позволили бы ему учить в Храме и синагогах, а даже не позволили бы ему прикасаться к себе и селиться рядом. Он был бы побит камнями как вероотступник, задолго до своей первой проповеди. Так вот, наше ужасное невежество, позволяет таки, горе - проповедникам годами городить несусветитцу, в которую верят горе – христиане. Ну конечно, если Христос у них учился, то и мне не грех послушать. Все… ловушка захлопнулась.

Если все это сегодня ассоциируется со словом «верующие», то стоит ли удивляться общей бездуховности? Какого нормального человека прельстит «заделаться верующим»? Вместе с тем, я не ошибусь, если скажу что 99% людей (как минимум) в минуты опасности и тревоги импульсивно или скорее инстинктивно творят молитву. Не важно, как и какую. Сам факт! Можно ли молиться без веры? Конечно же, нет. Можно не иметь оформленной религиозности. Можно иметь в голове нагромождение суеверий и ересей. Но при этом любая живая душа (за весьма редким исключением) ощущает присутствие Всевышнего. Поэтому и молитва сама изливается из тревожной души в минуты экстремальных переживаний. У кого-то это мольба с просьбой пощадить, у другого гневный призыв наказать обидчиков, у многих просто обескураженный ропот : «за что Господи?». Сейчас речь не об этом. Сам факт того, что несмотря на всю темноту наших душ, мы не утратили чувства присутствия Бога на нашей грешной Земле. По сути все мы верующие люди. Помните слова прибалтийского пастора в легендарной саге «Берегись автомобиля»? А ведь он сказал великие слова: «Все мы, во что-то верим. Одни верят что Бог есть, другие верят что Бога нет. И то и другое – недоказуемо».

По сути все что окружает нас, все является предметами веры. Я допустим, ни когда не был в Африке (да собственно я много где не был), и то, что она существует, я не мог проверить опытным путем. Но я имею массу свидетельств из разных источников, что она таки существует. По сути, я ведь не был там, но источники сведений достаточно убедительные и по сему я им ВЕРЮ. То что есть такой континент, я верю. Живя я тысячелетием раньше, вдалеке от торговых путей, я даже мог бы в этом открыто усомнится, не вызывая насмешек соплеменников. Многие ли видели нашу планету из космоса? Но все мы говорим, что «знаем», что Земля круглая. А знаем ли? Откуда? Снимки из космоса? А вы сидели рядом с фотографом? Откуда вы знаете, что это снимки с орбиты? Нет конечно, я не берусь утверждать, что это не так. Но при любой аргументации, при любых доказательствах, рано или поздно все упирается в ситуацию: «верю – не верю». По сему, я скажу: «я верю, что Земля круглая», потому как сказать: «знаю», не могу, т.к. по сути, это будет ложью. Много ли мы вообще «знаем»? Думаю, не очень, больше по мелочам, на бытовом уровне, как например, то что я сейчас пишу эти строки, это очевидно. Но уже то что я напишу в итоге и когда закончу я в полной мере не могу знать, могу лишь предполагать и надеяться, что все будет хорошо. Даже здесь, мне опять, просто хочется в это верить. Попробуйте сами построить логическую цепочку из любой жизненной ситуации, и вы непременно выйдете на предмет веры.

А в ключевых моментах нашей жизни вообще все держится на нашей вере. В семейной жизни все основано на доверии (по крайней мере, в нормальных семьях). Вступая в брак, мы в первую очередь верим, что наш избранник посвящает свою жизнь нам и этой новой семье. Как только уходит эта вера, сразу рушится семья. Рожая и растя детей, мы верим, что они проживут достойную жизнь. Без этой веры это было бы бессмысленно и невозможно. Все что нас окружает и наполняет наше бытие, все это предметы нашей веры. А как же иначе, ведь ни кто из нас не может сказать (или вернее – знать), того что будет даже завтра, даже через час или даже минуту. Мы верим, что все будет хорошо, поэтому и продолжаем жить, мыслить, надеяться.

Посему позволю себе заключить, что веровать – это реальная жизненная способность и потребность, реализуемая нами ежеминутно и непрерывно. Не веря ни кому и ни во что, мы с трудом бы прожили несколько дней. И наоборот, вера в нечто, способна наделить нас огромнейшей жизненной энергией. Вера в то, что защитники Родины победят, давала источник жизни тысячам людей в блокадном Ленинграде. Фашисты, на основании «научного знания» рассчитали дни блокады, в течении которых население города должно было просто физически перестать существовать. В этот раз (как в во многие тысячи других), вера снова победила «научное знание», давая возможность людям жить, многократно превозмогая все пределы и возможности физического тела.